Фильтры для воды - продажа, обслуживание, замена картриджей
В статье рассматриваются проблемы становления современного представления о категории «домохозяйство» и обосновывается методологическая основа ее исследования. Предложен комплексный методологический подход на основе синтеза подходов мировоззренческого поля философии хозяйства, институциональной теории, социальной экономики и экономической социологии.

Ключевые слова: домохозяйства, методологическая основа исследования, комплексный подход, философия хозяйствования, институциональная теория, социальная экономика, экономическая социология.

Исследование домашних хозяйств как субъектов хозяйствования было начато очень давно. Однако в силу сложности объекта и его изменчивости они продолжают оставаться актуальными и сейчас. Понятия «домашнее хозяйство» и «домохозяйство» в экономической теории возникли и используются давно, однако в разное время, в разных контекстах и при решении различных задач они имели различный смысл и разное толкование.
До мохозяйство отражает процесс постепенного формирования его современного социально-экономического и структурно-функционального значения. Оно формировалось под влиянием социально-экономического развития общества, семьи и хозяйственно-экономической деятельности микросубъектов, а также в соответствии с развитием самой экономической теории, что способствовало расширению предмета исследования, росту его многозначности и постепенного наполнения его современным смыслом.
Современное понятие «домохозяйство» в широком смысле весьма сложно и многогранно. Оно рассматривается как социально-экономическая микросистема, включающая в себя понятия «индивид» и «семья», но в то же время не является тождественные им, так как может состоять как из одного индивида, так и из нескольких семей. Исходя из своих экономических возможностей в принятии стратегических решений, домохозяйство является необходимой, но недостаточной единицей анализа, ведь индивиды чаще всего обладают относительной независимостью от домохозяйства в принятии своих решений. Именно поэтому в экономической теории, как правило, рассматривается поведение индивидов или потребителей, под которыми достаточно часто подразумевается домохозяйство.
П о с т епенное усложнение социально-экономической категории домохозяйства, неопределенность, сложность и неустойчивость институциональной среды, которая несет в себе последствия трансформационного кризиса и глобальных изменений мировой экономики, требуют более глубокого, всестороннего и комплексного подхода к анализу жизнедеятельности домохозяйств, а значит -совершенствования методологической основы его исследования. Нами предложен и обоснован комплексный методологический подход в исследовании домохозяйств.
Историко-экономический анализ становления категории домохозяйства свидетельствует, что в различных экономических школах, направлениях и подходах, в зависимости от периода развития социально-экономической среды и цели исследования хозяйственно-экономической деятельности, в качестве предмета анализа рассматривались различные субъекты. При этом важно обратить внимание не только на теории, но и на логику их формирования и развития. Ведь научное знание развивается, сохраняя отмеченный Н. Бором «принцип соответствия»: подлинно научные парадигмы не отменяют друг друга, но отличаются способом видения мира [1, с. 17]. И каждая предыдущая теория является ступенькой для развития последующей.
Впервые в научный обиход понятие «домохозяйство» ввел древнегреческий мыслитель Ксенофонт (430-354 г.г. д.н.э.). В своей работе «Домострой» он рассматривал правила ведения рабовладельческого, натурального хозяйства. В данном контексте понятие «домохозяйство» подразумевает и отталкивается от традиционно домашних работ по ведению натурального хозяйства. В узком смысле и сегодня понятие «домашнее хозяйство» включает в себя всю совокупность традиционно домашних работ по ведению хозяйства, таких как бытовое обслуживание членов семьи, ведение личного подсобного хозяйства, домашнее натуральное производство.
Достаточно часто в научной литературе понятие «домохозяйство» оставалось в тени экономического, социально-демографического и статистического обозначения семьи. В ретроспективе развития общества именно к семье неоднократно было приковано внимание исследователей.
В феодальный период преимущественно именно крестьянская семья привлекает внимание исследователей, где «семья» и «экономика» были неразделимыми понятиями. Крестьянское домашнее хозяйство и его социально-экономические особенности в различные периоды продолжали оставаться объектом изучения различных ученых: А.Чаянова, А.Челенцева, Н.Макарова, К.Поланьи, Дж.Колдуэлла, отечественных ученых С.Подолинского, Ф.Щербины, М.Миклашевского. Основное внимание уделялось внутренней организации крестьянского хозяйства вне зависимости от того, как оно взаимодействовало с народнохозяйственной системой в целом.
Конец ХУІІІ в. стал временем становления буржуазии как социального класса и формирования нового типа семьи, известной в литературе как «буржуазной». Традиция «всего дома» имела значение теперь только для части общества. Соответственно раздвоились попытки законодательства определить состав и сущность семьи. Наметилось разделение «домового сообщества» на «семью» и «чужих лиц». На первый план выдвинулось супружеское и семейное право. Привилегии буржуазии опирались не на преимущества рождения и наследуемой собственности, а на хозяйственные и интеллектуальные достижения, что привело к сознательному ограничению буржуазной семьи от остальных «сословий». Именно на этом основывалась как буржуазная концепция индивидуализма, так и специфически новая семейная идеология.
Э кономический образ жизни, центральное место в котором занимала частная личная жизнь семьи, формировавшийся из необходимости накопления капитала, из сознательно определенных принципов деятельности, культа духовных ценностей, поддержания обычаев и «развития» личности, представляли существенные элементы буржуазного стиля жизни, который отражал поиск возможностей общественного подъема и желание отгородиться от низших слоев. Вопросы семейного хозяйства и доходов членов семьи в литературе практически не поднимались.
В этот период впервые в произведениях представителей классической школы политической экономии (Дж.Локка, А.Смита, Д.Рикардо, Дж.С.Милля) были заложены основы анализа поведенческих предпосылок экономического индивида, который позднее трансформируется в рационального индивида или просто потребителя в маржиналистской, неоклассической, поведенческой и других теориях и научных подходах.
В то же время интерес к происхождению человечества способствовал развитию исторического взгляда на семейный уклад жизни. В развитие идей Баховена и Моргана Ф.Энгельс дает исчерпывающую по глубине историю первобытного общества вплоть до возникновения государства. И она достаточно достоверно показывает взаимосвязь развития производства и семьи. Идея эволюционизма прочно утверждается в философии и науке, стимулируя формирование новых исследовательских программ и методологических установок. Именно в этот период К.Марксом, который использовал социальный подход к анализу семьи и классового общества, были заложены предпосылки для формирования современной экономической социологии. Кроме того, почти все основные работы классиков политической экономии пронизаны элементами моральной философии. А сущность человека К.Маркс видел не в эгоизме, а в саморазвитии личности в рамках общества и в его интересах.
И з учая семейные институты, ученые воспроизводят этапы эволюции семьи, раскрывают взаимосвязь между типом общества и типом семьи, исследуют изменения внутрисемейных отношений, происходящие под влиянием социального прогресса (О.Конт, Г.Спенсер, Э.Дюркгейм, П.Сорокин, М.Ковалевский).
Зарождается эволюционный подход к изучению семьи как социального института, изменяющего свои формы в ходе истории, но сохраняющего свою специфическую суть. Однако эволюционизм не преодолевает идеи неизменности семьи. Семья, как и остальные социальные институты, не застрахована от такого хода истории, когда может возникнуть угроза существованию и семьи, и самого общества. Подобное понимание развития общества сосредоточивает внимание на функциях социальных институтов, на том, что объединяет различные исторические формы этих институтов - совместной жизнедеятельности людей.
Функциональный подход изучения семьи как социального института направлен на поиск того общего, что присуще разным типам семей в ходе исторического развития (Э.Дюркгейм). Он концентрирует внимание не только на исторических формах реализации «идеи» семьи, а сосредоточен более на самой семейно-домашней жизни, на социально-культурных функциях семьи.
Экономический рост, значительное повышение благосостояния способствовали массовому распространению буржуазной модели семьи, превращению ее, в сущности, в семью среднего класса.
Окончательное освобождение семьи от внутрихозяйственной производственной функции и превращение ее преимущественно в потребительскую структуру было ускорено развитием общества массового потребления.
В этих условиях в экономике объектом изучения становится психология хозяйствующего индивидуума с целью определения закономерности формирования мотивации его поступков в сфере экономической деятельности. Новое направление имело широкое распространение. Его поддерживали и развивали английский экономист У.Джевонс, целая плеяда австрийских экономистов (представителей «австрийской школы»): К.Менгер, Е.Бем-Баверк, Ф.Визер, Л.Вальрас, Дж.Б.Кларк, а также М.И.Туган-Барановский, С.Д.Бруцкус и многие другие экономисты.
В рамках субъективно-психологического подхода с его методологическими особенностями: методологическим индивидуализмом, статическим и равновесным подходом, экономической рациональностью, предельным анализом семья рассматривалась как индивид [2, с.178-179]. Представители данного направления объясняли общественные (в данном случае экономические) явления поведением отдельных индивидов. Общество в целом представлялось как совокупность атомистических индивидов. Такой подход предполагал чрезвычайно абстрактный взгляд на экономического субъекта. А статический характер равновесного анализа выражался в том, что не рассматривались процессы, происходящие в реальном времени. Любое изменение условий равновесия происходило дискретно, без всякого процесса адаптации.
Представители неоклассического направления также анализировали домохозяйство в качестве индивида, представленного целостной микроуровневой структурой с единым множеством целей, обусловленных функцией полезности. Индивид (домохозяйство) - потребительская, рациональная единица, лишенная какой-либо институциональной специфики. С этой точки зрения домохозяйство в микроэкономике представляется как «черный ящик», внутрь которого исследователи не заглядывают. Кроме того, недостатком этой модели является ее отвлеченность от экономической действительности. Совершенно невероятно, чтобы каждый представитель спроса в повседневной жизни располагал развитой функцией полезности, учитывающей все возможности потребления, и обладал полной информацией о рынках. Также нереалистично исходить из существования единой функции полезности всего домохозяйства, поскольку само домохозяйственное сообщество, его внутренние структуры и происходящее в нем не являлось предметом исследования.
Дж.Кейнс положил начало современному анализу потребления и сбережений и впервые ввел понятие потребительской функции, связывающей текущее потребление с текущим доходом. Он показал, что распределение домохозяйством дохода между потреблением и сбережением - одно из ключевых решений, принимаемых людьми, и одна из центральных проблем в макроэкономике.
Представители данного направления рассматривали домохозяйства в качестве главного источника сбережений, а главной его функцией считали сберегательную функцию, кроме того, выявили взаимосвязь уровня дохода домохозяйств с уровнем их потребления. Логика Дж.Кейнса была противоположна логике маржиналистов. Трактовка потребительского поведения, как и вся концепция Дж.Кейса, являлась макротеорией и рассматривала поведение всей массы потребителей (домохозяйств), а в этом случае закон больших чисел сглаживает индивидуальные различия между ними. Поэтому его теория, с одной стороны, дополняла функциональную структуру домохозяйств в лице потребителей, расширяла информационную базу сфер его жизнедеятельности, но с другой - ставила новые задачи в его исследовании.
Новое поколение экономистов стало уделять особое внимание феномену неопределенности. А неполная информация открывала дорогу влиянию на поведение индивидов ожиданий, иллюзий, настроений и других психологических факторов, искажающих логику рационального расчета. Влияние на активность личности врожденных инстинктов, психологических, физиологических и биологических факторов в своих работах исследовали Дж.Шекл, Т.Ситовски, Дж.Фостер и др. авторы. Теории радикальных субъективистов обнажили слабые места и ограничения, присущие традиционной неоклассической теории, но в области конкретных экономических проблем их успехи оказались значительно скромнее. Общий вывод, к которому они пришли, заключался в том, что поведение человека предопределяют как внешние условия, так и их личностные особенности.
Это дало толчок развитию поведенческой экономической теории, к которой можно отнести совокупность теорий, описывающих процесс принятия решений в различных областях экономики. В основании поведенческой экономической теории лежат альтернативные варианты теории принятия решений в условиях ограниченной информации или теория ограниченной рациональности, впервые разработанная Г.Саймоном и развитая его последователями - Р.Хайнером, Р.Зельтеном, Х.Лейбенстайном. Центр тяжести поведенческого анализа лежит в области мотивации, в сфере обработки информации и принятия решений.
В настоящее время развивается и получает все большую известность в современной экономической теории бихевиористский подход. Он выдвигает на первый план психологические факторы как более важные в объяснении многих аспектов экономического поведения человека. Привлечение психологических факторов к экономическому анализу означает использование более полной информации о поведении человека, гармонично дополняет выводы экономической теории, позволяет более адекватно объяснить процесс принятия индивидами решений во многих ситуациях и, тем самым, углубляет понимание поведенческих стратегий индивидов в экономике [3, c.40-51].
Применительно к домашним хозяйствам данные процессы исследуются школой Дж.Катоны в Мичиганском университете. Приверженцы поведенческой теории ищут рациональность не в самом решении, а в процедуре его принятия. Дж.Катона сосредоточил свое внимание, главным образом, на поведении потребителей и совокупности психологических переменных, которые можно назвать промежуточными в том смысле, что всякое воздействие объективных экономических факторов на потребление и сбережение идет через них. К этим переменным он относит мнения, ожидания, настроения, притязания. По его мнению, на промежуточные переменные, а через них и на потребительские расходы воздействуют не только экономические, но и политические факторы [4].
Постепенно в экономический анализ включалось все большее число отношений (демографических, социальных, психологических, национальных и др.). Это предопределило зарождение нового методологического подхода - «субстантивизма», который в дальнейшем стал разновидностью институционализма. Основоположником его являлся экономист, историк, антрополог К.Поланьи.
Изучая примитивные крестьянские экономики, К.Поланьи делает вывод о том, что в нерыночных экономиках экономические действия основаны на неэкономических мотивах и, следовательно, при анализе данных обществ акцент необходимо делать на взаимосвязь социальной и экономической системы и на результат этого взаимодействия, что концентрирует интерес на ценностях, стимулах и политике.
Общая линия на «социологизацию» экономической науки получила свое продолжение и дальнейшее развитие в рамках институциональной школы. Институциональный ракурс, как и проблематика экономического развития, уже предполагает выход за пределы собственно экономических дисциплин, необходимость изучения всех факторов, формирующих «социально-культурную среду», в которой протекают экономические процессы. Институты выступают в качестве факторов, формирующих поведение экономических субъектов. С другой стороны, они представляют собой объекты преобразующей деятельности людей, инструменты, подлежащие изменениям через «коллективные социальные действия». Институциональное направление исследует факторы, которые в трудах неоклассиков были внешними для экономики домашнего хозяйства.
Привычки, обычаи (нормы), рутины - это далеко не все богатство институциональных концепций. Но именно этот момент играет наиболее важную роль в современной теории и методологии. Ученые делают вывод о том, что рутины особенно прочны, потому что они держатся не только на рациональных расчетах, но и на уровне бессознательного: на системе убеждений, на культуре. Данный вывод способствует необходимости акцентирования внимания ученых на внутренних факторах, формирующих поведение семьи, домохозяйства. При этом ученые практически не различают семью и домохозяйство.
Ос новоположник институционального подхода Т.Веблен считал, что в неоклассической теории потребительского выбора члены домохозяйства, имеющие разные потребности, вкусы и предпочтения, отождествляются с отдельным индивидом. Поэтому возникает проблема, чьи именно потребности удовлетворяются. «В действительности, - утверждает Дж.Гэлбрейт, - совершенное домашнее хозяйство не допускает выражения индивидуальности и личных предпочтений во многих областях того или иного члена семьи» [5, с.62]. Некоторые ученые, например, Р.Липси и П.Стайнер подчеркивают, что когда в качестве основной единицы, принимающей решения, берется домашнее хозяйство, то многие «интересные проблемы, касающиеся конфликта в семье и родительского контроля над судьбой детей, выпадают из поля зрения» [6, с.71]. Вслед за Дж.Гэлбрейтом, они полагают, что когда экономисты говорят о потребителе, то они фактически имеют дело с группой индивидов, образующих домохозяйство. Таким образом, домохозяйство еще не имеет четкого определения в экономической теории, но ученые обращают внимание на социально-экономические проблемы семьи и домохозяйства, взаимодействие экономической и социальной сферы, а также на результат этого взаимодействия.
Распространение методов неоклассики на проблемы, традиционно относившиеся к компетенции других социальных дисциплин, способствовало зарождению нового направления, которое получило название «экономический империализм». Наибольший вклад в развитие данного направления внесли ученые трех исследовательских центров - Чикагского университета (Г.Беккер, Р.Коуз, Р.Познер, Дж.Стиглер), Вирджинского политехнического института (Дж.Бьюкенен, Г.Таллок) и Лос-Анжелесского университета (А.Алчиан, Г.Демсец, Дж.Хиршлейфер) [17, с.720]. Они стремились свести к абсолютному минимуму число экзогенных (внешних) переменных. С их точки зрения, все такого рода факторы следует рассматривать как эндогенные, а не экзогенные (подлежащие объяснению внутри самой экономической модели).
Признание этого подхода способствовало зарождению в середине 60-х годов ХХ в. концепции новой экономики домашнего хозяйства. Ее авторы и сторонники - Г.Беккер, Дж.Минсер и К.Ланкастер. Согласно этой концепции предполагается, что домохозяйства являются не только потребительскими единицами, но и внутри их осуществляется производственная деятельность. Г.Беккер по праву считается ведущим теоретиком и проводником экономического подхода к социальным вопросам. Экономике семьи посвящено наибольшее число работ Г.Беккера, в том числе «Трактат о семье», в котором рассматриваются все аспекты жизни семьи. При этом Г.Беккер не разделяет семью и домохозяйство и определяет основную функцию домохозяйств через производство, реализацию и сохранение человеческого капитала, понимаемого как совокупность знаний, практических навыков и трудовых усилий человека [7]. В своих работах ученые данного направления рассматривают различные аспекты жизнедеятельности домохозяйства и семьи, пытаются определить и акцентировать внимание на основной и ведущей его функции.
По мере того как недостаточность экономических подходов становилась очевидной, экономисты расширяли представление о круге факторов, участвующих в регулировании экономического развития. Все большее место получали, прежде всего, социальные, политические, нравственные, религиозные и другие факторы. Это способствовало дальнейшему развитию институциональной теории. Представители неоинституциональной экономики, используя неоклассические подходы и методы маржинального анализа и теории игр, анализировали характер ситуации, ее повторяемость, учитывали объем информации при принятии индивидом решения, степень мотивации работника.
Интересные разработки в поиске современной концепции исследований домохозяйств представлены в работах российского неоинституционалиста А.Олейника [8, c.139-144]. Ученый, отмечая функцию воспроизводства человеческого капитала как основную в поведении домашнего хозяйства, делает акцент на анализе домашнего хозяйства как особой организации с присущей ей спецификой властных отношений, которые носят простой и персонифицированный характер [8, c.376]. Вопросы внутренней жизнедеятельности домохозяйства становятся все более актуальными.
Представители теории общественного выбора Э.Доунс, Д.Бьюкенен, Г.Таллон, М.Олсон и Э. де Сото предпринимают попытку применить методологию неоклассиков для определения роли политического фактора при принятии экономических решений [9, с.31]. Теорией общественного выбора обосновывается необходимость установления социальных норм, правил, обеспечение взаимосвязи политических и экономических форм.
В то же время активно развивается новый французский институционализм. Предложенная Л.Болтански и Л.Тевено экономическая теория конвенций рассматривает множественные порядки обоснования ценности, связанные с различными мирами. Конфликт между различными порядками обоснования ценности выдвигает на передний план вопрос о компромиссных соглашениях и способах координации хозяйственных взаимодействий [3, с.30-37].
Пр едставители эволюционной экономики отрицают неоклассические основы модели оптимального выбора потребителя. Они признают неодинаковость поведения различных экономических агентов в одних и тех же условиях, а также учитывают фактор преемственности поведения при принятии решений в условиях изменяющейся окружающей среды. Применение ими синергетического подхода, синтезирующего достижения в различных областях знания, направлено на объяснение процессов функционирования социальных систем, что послужило базой развития самостоятельных экономико-социологических направлений в экономической теории и социологии.
Основоположники социологии экономической жизни постоянно отмечают важность для ее становления проблематики социальной дифференциации по самым важным критериям: доходу, власти, престижу, происхождению. Отмечают и огромную важность семьи (дифференциация семей по характеристикам благосостояния, культуры, этнической принадлежности) [10, с.69-71]. Экономическая сфера рассматривается ими как целостная структурно-функциональная подсистема общества, которая взаимодействует с другими сферами общества - политической, культурной, демографической, экологической и др. (Т.Парсонс, Н.Смелзер, К.Дэвис, Д.Мур и др.) [11, c.24]. С их точки зрения, эффективное взаимодействие этих подсистем, полное и органическое смыкание экономического, социального и духовного дает эффект качественной цельности социально-экономической системы и существующих экономических отношений. При этом социальные отношения всегда присутствуют в экономических, политических и др. отношениях. Отсюда можно сделать вывод, что экономический индивид является многомерной личностью, которая одновременно действует во множестве других подсистем общества и играет уже в них не экономические роли. Но характер активности людей в экономике зависит от их социальных качеств, которые формируются во всех сферах общества (экономике, политике, праве, культуре, семье и др.), и от положения, которое они занимают в обществе.
Кроме того, действия хозяйственных агентов определяются влиянием различных социальных структур: сети межиндивидуального взаимодействия, организационных структур, социальных групп, локальных и национальных содружеств. Поэтому современные течения интегрирующейся экономической социологии расширили сферу своих интересов. Они представлены: а) социологией рационального выбора Дж.Коулмана; б) сетевым подходом Х.Уайта и М.Грановеттера; в) культурно ориентированными (П.Димаджио, У.Пауэлл, Н.Биггарт и др.) и властно ориентированными (У.Бейкер, Н.Флигстин и др.) сетевыми связями; г) культурно историческим и этнографическим направлениями (М.Аболафия, В.Зелизер). С их точки зрения, социальная структура является важнейшим регулятором поведения социальных групп, социальным рычагом развития или торможения экономики. Но при этом положение, занимаемое разными группами в обществе, определяется, прежде всего, системой экономических отношений. В настоящее время активно работают в этом направлении Т.И.Заславская, Р.В.Рывкина, В.В.Радаев, А.В.Дорин, М.П.Лукашевич, В.Г.Еременко, Г.Н.Соколова, В.Е.Пилипенко, В.М.Ворона, Е.И.Суименко и др. ученые.
Параллельно с новыми направлениями экономической социологии развивается родственное ей по духу направление «социоэкономики», вводящее в экономическое поведение человека особое, моральное измерение. Наиболее четко эти проблемы поставлены в теории американского социолога А.Этциони.
Осознание многогранности и комплексности существующих проблем в современной экономической теории, несомненно, требовало перехода к постнеклассической науке, знаменующей собой приоритетность ценностно-рационального поиска научных исследований. Он может включать в себя как экономическое и социальное знание о человеке, так и изучение глубинных процессов формирования его сознания, которое способствует самореализации его творческой индивидуальности непосредственно через его духовность, основанную на нравственных ценностях, внутренне присущих ему [12, с.8-10]. Происходит постепенное погружение теоретической экономии в хозяйственно-философскую среду, что способствует ее верификации и обогащению. Философия хозяйства обращается к более широкому смысловому пространству, позволяющему составить более объемное представление о хозяйственном бытии, и при этом внутри себя допускает разные течения, концепции, составные части и отрасли. С.Булгаков и все философы хозяйства занимаются разрешением сложных хозяйственных проблем, ставя перед собой задачу более полного понимания человека, общества, жизни, мира.
Хозяйственно-философский подход наполнил новым содержанием формирующуюся социальную экономику. Ее стремительное развитие в последние годы за рубежом постепенно находит отклик в научной литературе российских и отечественных авторов (Ю.М.Осипова, В.Д.Базилевича, А.А.Мазараки, В.Г.Еременко, М.А.Шабановой, Ф.М.Бородкина, Г.В.Задорожного, С.В.Тютюнниковой и др.). Центром исследований при этом является человеческая личность, определяемая духовностью и нравственностью, которая раскрывается и реализуется в процессе хозяйствования.
Т а к им образом, требования времени и развитие методологии современных научных теорий подчеркивают необходимость и возможность исследования не только растущей роли морально-психологических, культурных, этических норм и поведенческих мотивов хозяйствующего субъекта, но и значение глубинных процессов формирования его духовности, основанной на нравственных ценностях, внутренне присущих его сознанию. В связи с этим прежде всего актуализируется роль домохозяйства как основы формирования хозяйствующего субъекта. Именно домохозяйство выполняет интегрирующую функцию формирования многомерной личности, которая и является субъектом хозяйствования. А хозяйствование субъекта подразумевает его реализацию как внутри домохозяйства, так и во всех подсистемах общества.
Э кономический индивид одновременно является субъектом как экономических, так и социальных процессов, и при этом обладает собственной системой ценностей, личных потребностей, гражданских, интеллектуальных, нравственных и психологических интересов, а формирование их, накопление и реализация происходят при активном взаимодействии и взаимовлиянии членов семьи, домохозяйства.
Домохозяйство, ядром которого является семья, служит исходным механизмом связи: экономического и социального; индивидуального, коллективного и общественного; прошлого, настоящего и будущего; интеграции культур (подкультур) в рамках этнической и национальной культуры; духовного, морального, нравственного и этического истоков формирования личности экономического, социального, интеллектуального, гражданского и человеческого потенциала общества.
Именно поэтому для исследования жизнедеятельности домохозяйств наиболее актуальным является использование методологии философии хозяйства в качестве базовой мировоззренческой макротеории, которая дает возможность анализа взаимосвязи и взаимообусловленности поведения хозяйствующего субъекта как в домохозяйстве, так и в обществе в целом, в гармоничном единстве субъективно-объективного самореализующегося процесса.
М ировоззренческое поле философии хозяйства стремится к более полному знанию о хозяйстве (домохозяйстве), но в естественно обобщенных интерпретациях, и поэтому может быть дополнено методологической базой исследования институциональной теории, социальной экономики и экономической социологии.
Методологическая база каждого из вышеназванных научных направлений в отдельности, при всей, казалось бы, общности объекта исследования, изучает его со своих собственных позиций, что не дает полного и комплексного результата анализа.
Комплексное использование методологии вышеназванных ведущих школ и научных теорий позволяет в полной мере раскрыть суть социально-экономической категории «домохозяйства»: его структуру и функции; систему внутренних и внешних отношений, влияющих на его жизнедеятельность; механизм их взаимовлияния и взаимодействия, способствующий формированию поведенческих стратегий его членов, в реализации которых, важную роль играют глубинные процессы формирования сознания членов домохозяйства.

Литература:
1. Рисованный И. Экономическая наука и институциональные преобразования в России XIX - XX вв.: логика идей и логика реформ.-СПб.: Издательство С.-Петербургского университета, 2003.- 380 с.
2. История экономических учений: Учебное пособие / Под ред. В.Автономова, О.Ананьина, Н.Макашевой.- М.: ИНФРА - М, 2003.- 784 с.
3. Экономическая социология: Новые подходы к институциональному и сетевому анализу.- М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2002.- 280 с.
4. Экономический цикл в США, 70-е - начало 80-х годов. М.: Наука, 1981. - 319 с.
5. Гэлбрейт Дж. Экономические теории и цели общества. - М.: Прогресс, 1986.- С.62.
6. Липси Р., Стейнер П. Экономика. 2-е изд. Пер. с.англ. - М.: Наука, 1986. - С.71.
7. Becher G.S. A. Sheory of the Allocation of Zime // Economic Journal. 1965. Vol. 75. N 299.
8. Олейник А.Н. Институциональная экономика: Учебное пособие. - М.: ИНФРА-М, 2002. - 416 с.
9. Носова О.В. Институциональные подходы к исследованию переходной экономики // Экономическая теория. Научный журнал. - 2006. - №2.- С.25-36.
10. Смелзер Н. Социология экономической жизни // Американская социология: Пер. с англ. - М.: Прогресс, 1972. - С.189-202.
11. Заславская Т.И., Рывкина Р.В. Социология экономической жизни: Очерки теории. - Новосибирск: Наука. Сиб. отделение, 1991. - 442 с.
12. Задорожный Г.В. Социальная экономия как формат осознания проблем современной жизнедеятельности личности // Соціально-економічні трансформації в епоху глобалізації. Матеріали Другої Всеукраїнської науково-практичної конференції. Том 1. - Полтава: Скайтек, 2007.- С.5-24.

Вісник Харківського національного університету ім. В. Н. Каразіна, №802, 2008 рік, с.33-39


Больше научных статей можно найти на главной странице научной периодики Firearticles.com